К мечте по бездорожью

Глава 6: Дополнительное условие.

– Вы действительно этого хотите? – спросил Аурмис, выслушав собеседника.

– Да, – просто ответил Стас. – Но мое требование почти ничего не меняет, разве нет? Это всего лишь маленькое дополнение.

Хозяин кабинета откинулся в кресле. Его взгляд стал отсутствующим – как у человека, который напряженно думает.

Впрочем, напомнил себе Стас, здесь такой взгляд может означать нечто другое. Например, совещание с невидимыми коллегами.

Интересно, в состоянии ли носитель элика перехватывать эти скрытые разговоры? Если они ведутся с помощью ненаправленных радиосигналов, то почему бы нет?

А с другой стороны, тогда каждый мог бы подслушать все, что угодно. Болтовню соседа с любовницей, например.

Не очень-то радостная перспектива для приватной сферы.

Однако Стас многое бы отдал за то, чтобы узнать смысл тайных бесед. Сейчас решалась его судьба.

Требование, которое он выдвинул, было продиктовано в первую очередь страхом. Землянин это понимал – но ничего не мог с собой поделать. Каким бы благожелательным ни казался Аурмис, его работа – защита интересов государства. Жизнь одного человека, тем более чужака, значит для него куда меньше.

То, что землянина уговаривают, само по себе – хороший знак. Но как знать, не изменится ли подход в дальнейшем? Аурмис сказал, что Стасу необходимо вживить элик. А если вместо безобидной пластины ему поставят некий блок управления и таким образом превратят в высокотехнологичный аналог зомби?

Стас очень надеялся, что подобное невозможно, однако тревога оставалась.

Вот поэтому он решил еще раз поговорить с Микой.

– Вы понимаете, что утечка информации может поставить под угрозу не только вашу цель, но и жизнь? – произнес Аурмис, рассматривая собеседника.

– Предположим, – Стас с трудом подавил желание откинуться в кресле и сложить руки на груди. – Но вы наверняка уже следите за девчонкой. А утечка возможна и со стороны вашего Кригета Викса, если на то пошло.

Хозяин кабинета покачал головой:

– Господин Викс в этом отношении не менее надежен, чем любой из наших сотрудников. Он педантичен и необщителен, и особенности его работы гарантируют сохранность тайны в течение достаточно долгого срока. Что касается вашей знакомой… Мы предупредили ее о необходимости хранить молчание. Однако этого, как вы понимаете, мало.

– Не совсем понимаю, – возразил Стас. – Едва я встречу Аню, ваша тайна перестанет существовать.

– Если встретите…

– Что вы имеете в виду?

Аурмис вздохнул:

– Все то же. Любимую игру чиновников, как вы выразились. Нам неизвестно о прибытии большого звездолета на Ленери. Ни одного намека. Это значит, ленерийцы тщательно контролируют информацию такого рода.

Несколько секунд Стас молча смотрел на него, взвешивая каждое услышанное слово.

Проклятые государственные секреты! Если из-за них пострадала Аня, он готов лично удавить всех ответственных за это чиновников.

Впрочем, разве кто-то утверждал, что она должна была прилететь на Ленери?..

Снова нахлынула меланхолия. Сможет ли он преуспеть там, где даже разведка Сураса оказалась бессильной? Не строит ли он иллюзий по поводу собственных возможностей?

“Есть только один способ это выяснить, – сказал землянин про себя. – Действовать!”

– Я все-таки настаиваю на разговоре с Микой, – заявил он вслух. – В конце концов, она и сейчас знает немало.

На этот раз Аурмис не стал возражать, или тянуть с ответом. Наверное, он уже принял решение.

– Пусть будет по-вашему. Вы сможете поговорить в моем кабинете.

“А вы запишете и проанализируете нашу беседу от начала до конца, – мысленно добавил Стас. – Эх, если бы я знал места, которые невозможно прослушать…”

– И еще. Я требую гарантий безопасности для нее.

Аурмис уставился на него с явным недоумением:

– Что вы хотите сказать?

– После нашего разговора вы оставляете ее в покое. Если с ней что-нибудь случится, я сам позабочусь о разглашении тайны.

Улыбка представителя госбезопасности вышла натянутой.

– Вы намекаете на чудовищные вещи. В нашем мире человеческая жизнь – высшая ценность.

“В нашем тоже, – отметил Стас. – Но это еще никому не помешало убирать свидетелей… А ведь ты понял, о чем я говорю!”

– Значит, вы с удовольствием выполните мою просьбу, – сказал он вслух. – Предоставьте четкие и надежные гарантии с вашей стороны. Просто на всякий случай.

Немного подумав, землянин добавил:

– Считайте это причудой человека, почти незнакомого с вашей культурой.

***

Через полчаса с балкона вошла Мика.

Одетая во все зеленое, она показалась Стасу маленькой лесной феей. Светлые волосы были с торопливой небрежностью заколоты на затылке, придавая девушке одновременно деловой и испуганный вид.

Землянин ощутил укол стыда. Он позволил себе втянуть этого ребенка в игру, которая может оказаться небезопасной. Да, Аурмис говорил о высшей ценности человеческой жизни. Но разве не он же несколькими минутами ранее пророчил возможность межзвездной войны? Стас был не настолько глуп, чтобы полагать, будто война начинается внезапно.

– Привет, – сказал он, когда дверь за гостьей сама собой закрылась.

Ее глаза обратились к нему. Действительно напугана, подумал Стас.

– Это ты, – выдохнула Мика. – Почему мы здесь? Что им нужно от меня… и от тебя?

Они были вдвоем: Аурмис заблаговременно покинул кабинет.

– Все в порядке, – попытался успокоить ее землянин. – Я хотел поговорить с тобой перед тем, как… В общем, от тебя им ничего не нужно. Присаживайся, пожалуйста.

Девушка послушно опустилась в кресло и положила руку на стеклянную поверхность стола. Сейчас она совсем не походила на себя ту, домашнюю. На смену невозмутимому спокойствию пришла неуверенность: пальцы механически теребили рукав, взгляд прыгал по деталям незнакомого интерьера.

Стас мысленно обозвал себя скотиной. Уж кто-кто, а Мика вполне могла обойтись без его поисков.

– Прости, что впутал тебя в это дело. Ты – единственный человек, которого я здесь хоть немного знаю… и которому доверяю. Я хочу попросить тебя о помощи.

Ее глаза вновь остановились на нем. Мика перестала теребить рукав.

– Чем я могу помочь? – спросила она неожиданно низким, севшим от волнения голоса. Затем откашлялась и повторила: – Какая помощь тебе нужна?

Стас вкратце рассказал о достигнутом соглашении. Он опускал ненужные детали, концентрируясь на главном, и потому история заняла лишь несколько минут. Мика слушала с тем же серьезным вниманием, которое покорило землянина еще при первой их встрече. Она быстро успокоилась, стала задавать вопросы, вставлять свои комментарии. Через какое-то время Стас понял, что чувствует себя значительно лучше. Как будто груз, ранее незаметный, свалился с его плеч, разом высвобождая забытую легкость.

Однако не переложил ли он этот груз на чужие плечи?

– Понимаешь, Мика, ты способна защитить меня. Ты родилась на Сурасе, у тебя есть родители и знакомые. Власти – даже служба безопасности – не так легко решатся на какие-нибудь… противоправные действия по отношению к тебе. А вот меня они могут использовать, как им вздумается. Нет, я верю, что Аурмис постарается соблюсти условия договора, но какие тому гарантии? Только его добрая воля?

Девушка постучала кончиками пальцев по столу.

– И что ты предлагаешь? – поинтересовалась она.

– Мне вживят элик.

– Как?!

На миг ее лицо преобразилось. В широко распахнутых глазах промелькнуло искреннее удивление, смешанное с восторгом, и Стас невольно улыбнулся.

– Только ради идентификационных данных. Если ты права, если прав Аурмис, я не смогу им пользоваться.

Мика вздохнула. От энтузиазма не осталось и следа.

– Однако меня волнует другой вопрос, – продолжил Стас. – Сможет ли элик пользоваться мной? Существуют ли технологии, позволяющие манипулировать человеком?

– Нет, – тут же заявила девушка с абсолютной убежденностью в голосе. – Сам элик так сконструирован…

– А если это будет специальное устройство?

На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Мика что-то обдумывала.

– Все равно нет, – сказала она. – Когда-то очень давно проводились разные исследования. Они показали, что управлять человеком бессмысленно.

– Почему?

– Потому что никто не знает, как работает мозг. Можно посылать импульсы в определенные зоны и вызывать всякие чувства, но нельзя внушить идеи, или заменить самосознание. Нельзя прочитать воспоминания. Человек останется самим собой.

– Или будет уничтожен как личность и превратится в очевидную марионетку, – кивнул землянин. – Только ведь ты упомянула, что исследования проводились очень давно. А если с тех пор кое-что изменилось?

И снова пауза. Стас осознал, что его собеседница, вероятно, проверяет нужную информацию по сети. Усмехнувшись, он уточнил:

– Разработки могли быть секретными.

– Нет, – с прежней категоричностью ответила девушка. – Ты плохо представляешь себе нашу науку. Секретность только замедляет исследования.

“Мне бы твою уверенность”, – подумал Стас.

Тем не менее, страх перед вживлением частично прошел. Живет же с этим целое человечество!

Да и нет у него другого выхода. Он потратил целый год, чтобы добраться сюда. Если остановиться сейчас, все потеряет смысл.

– Ну ладно, – сказал землянин, – ты меня почти убедила. Но я прошу еще об одном. Давай встретимся после того, как у меня уже будет… эта штуковина.

– Зачем?

Стас пожевал губу. Вот так взять и признаться в своих страхах оказалось непросто.

– Если ты заметишь, что я стал вести себя как-то странно…

Мика не улыбнулась. С чуть большей уверенностью землянин закончил:

– …потребуй от них удалить элик.

– Разве они меня послушают?

– Послушают. Иначе ты сообщишь всей планете мою историю, и тогда планы Аурмиса полетят кувырком. Но для того, чтобы тебя не смогли остановить, нужно сделать следующее. Прямо сейчас.

Он объяснил схему, которую Аурмис представил в качестве гарантий безопасности.

Мика должна была разместить всю относящуюся к делу информацию в точках сети, недоступных для любых чиновников Сураса. К примеру, в посольстве Ленери. Затем, если девушка неожиданно и надолго пропадет из сети, пакет сам себя вскроет, и тогда информация станет доступна всем.

– Аурмис меня заверил, что идентификационные данные элика невозможно подделать, – сказал землянин.

– Это правда, – кивнула Мика. – Ученые говорят, когда-нибудь станет возможно. Только сначала, вроде бы, нужно смоделировать живой разум. А современные биоэлектронные системы на такое неспособны.

Приятно знать, что в мире есть надежные вещи, с иронией подумал Стас.

– Все готово, – сообщила девушка чуть позже. – А это на самом деле нужно?

Стас пожал плечами:

– Так будет спокойнее. Мне нравится верить в то, что у вас тут гуманистическое общество, но исходить из этого было бы глупо.

А втягивать в аферы других людей – еще и бесчестно, – добавил он про себя. Положившись на слово Аурмиса, он поставил бы под удар лишь самого себя. Теперь же опасность может грозить и Мике. Ибо кто, кроме Бога, распоряжается стопроцентными гарантиями?

Впрочем, разве первый их разговор – у нее дома – не подверг девушку опасности? Она ведь узнала достаточно много. И Аурмис об этом догадался – потому что нашел Стаса.

Так, может, именно теперь Мика защищена лучше?

***

Лаборатория, куда Аурмис привел землянина, располагалась в том же здании.

Четыре больших окна давали много света. Разнообразные аппараты возвышались тут и там в видимом беспорядке. Пол был нежно-желтым, как двухдневный цыпленок.

– Здравствуйте-здравствуйте! – скороговоркой произнес человек, поднявшийся им навстречу из-за рабочего стола. – Проходите, пожалуйста. Очень рад возможности пообщаться.

Он засуетился вокруг Стаса, оттеснив Аурмиса прочь.

– Присаживайтесь. Посмотрите вот сюда – это я проверяю реакцию ваших зрачков. Хорошо. Замечательно.

Оставленный без дела, Аурмис тоже опустился в одно из кресел.

– Господин Маример – наш лучший специалист, – сказал он, удачно вклинившись в монолог коллеги. – Лучший, пожалуй, на всем Сурасе.

– Вы преувеличиваете, Шат, – тут же отозвался Маример, ни на миг не прерывая осмотр. – Есть еще Татли и Смеик. В прошлом году они достигли потрясающих результатов, восстанавливая разрубленный позвоночный ствол. Талантливые ребята, очень талантливые.

Низкорослый, худой и немножко нескладный, он чем-то напоминал подростка. Светло-рыжие волосы торчали вверх, будто наэлектризованные, но при этом складывались в аккуратную прическу. Только морщины на лбу и вокруг глаз свидетельствовали о немалом возрасте.

– Так, хорошо. И это тоже. Неплохо.

Металлическая палочка в его руках вертелась, словно живая. Она прикасалась к Стасу то одним концом, то другим, вызывая жжение, покалывание, а порой и судороги, причем одежда этому совершенно не мешала. Землянин понимал, что его диагностируют, но не понимал, как.

– Вам нужно больше заботиться о своем здоровье, – неожиданно заявил Маример, убирая прибор. – Ваша печень…

– Он прилетел издалека, – напомнил Аурмис.

Маример хлопнул себя по лбу:

– Ах, да. В самом деле. Я почти забыл, зачем вы сюда пришли.

“Интересно, что там с моей печенью? – подумал Стас. – Никогда вроде не жаловался”.

Он ощутил легкое раздражение. Аурмис мог бы и помолчать. Пусть бы распоряжался у себя в кабинете, а здесь все-таки чужая территория…

Что-то куснуло его в шею, над самым воротником рубашки. Не задумываясь, Стас попытался смахнуть неизвестное насекомое. Однако рука осталась лежать на подлокотнике.

С удивлением землянин посмотрел на непослушную часть своего тела. Рука как рука. Чувствуется.

Он попробовал согнуть ее в локте. Безрезультатно.

Ну хотя бы шевельнуть пальцами…

– Расслабьтесь, – мягко сказал Маример, склонившись к его уху. – Все хорошо.

Какое там “хорошо”! Стас не мог повернуть даже голову. Мышцы его тела, словно сговорившись, начисто игнорировали сигналы мозга.

Нахлынула паника. Землянин изо всех сил рванулся вперед.

Тело осталось сидеть в кресле. Ни одна мышца не прореагировала на чудовищный импульс.

– Вы мне мешаете, – заметил Маример со сварливой интонацией. – Успокойтесь. Нужно правильно расположить фибриллы, а сознательные команды их отвлекают. Потерпите, пожалуйста.

Сейчас он стоял за спиной у землянина.

“Ковыряется в затылке”, – подумал Стас, ощутив приступ вязкой тошноты.

Операция по вживлению представлялась ему совсем не такой. Белые халаты, стол, ассистенты, общий наркоз. Это было понятным, отчасти привычным – и потому нестрашным.

Ну, почти.

А вот абсолютная беспомощность при полном сознании, когда воображение рисует жуткие вещи, когда собственная диафрагма продолжает с безупречностью механизма качать воздух, но сказать ничего не можешь, – такая беспомощность напоминала кошмар, от которого хочется как можно скорее проснуться.

Почему он ничего не чувствует там, в затылке? Ведь делает же что-то Маример.

Аурмис находился в поле зрения Стаса, однако его лицо хранило непроницаемое выражение. Казалось, представитель госбезопасности просто ждет.

Или просматривает какие-нибудь документы в сети. Или общается с коллегами, определяя дальнейшую судьбу землянина. Как тут узнаешь?..

Мысли напоминали растревоженный пчелиный рой. Вопреки своей воле Стас получил возможность основательно поразмыслить над тем, о чем он размышлять не хотел.

Да, он боялся этого чертова прибора! Носить в собственном теле электронный придаток, подключенный напрямую к мозгу, – значит, вторгнуться в область неизвестного, сокровенного, глубоко личного. Разве останется “я” человека после такого вмешательства прежним? Даже если прибор – всего лишь помощник?

Впрочем, так ли мало знают местные ученые о мозге? Отключить двигательные функции, регистрировать сознательные команды – как подобное вообще возможно?

Но ведь и сам элик – миниатюрное устройство-симбионт, черпающее для себя энергию из химического разложения глюкозы, – удивителен. Если бы Стасу рассказали об этом чуде здешней цивилизации еще на Земле, он бы только посмеялся над выдумщиком. Научиться взаимодействовать с эликом­ невозможно по той же причине, которая закрывает для шимпанзе – даже если они росли среди людей – путь к человеческой речи. Эволюция наделила мозг бесчисленными возможностями, а вот нужного стремления не выработала.

Так Стас думал раньше. Зато теперь он уже ни в чем не был уверен.

– Ага, очень хорошо, – снова пробормотал над ухом Маример. – Еще несколько…

Чего “несколько”, землянин не услышал. Все его тело, от макушки до пяток, пронзила внезапная боль. Сильная и беспощадная. Наверное, так чувствовал бы себя человек, с которого враз содрали кожу.

Воздух с хрипом вышел из его легких. Руки и ноги задрожали, потом мышцы стало выкручивать судорогой.

Бывает, что судороги рвут мышечную ткань. Однако Стас почти не ощущал, как беснуется его тело. Эта боль меркла на фоне той, другой.

Казалось, он поджаривается на быстром огне. В глазах помутилось.

Краем сознания он уловил, что Маример ругается, но не смог понять ни единого слова. Возможно, такие слова попросту отсутствовали в его курсе обучения.

Аурмис вскочил и что-то выкрикнул. Землянин опять ничего не понял.

Потом в сдавленных легких совсем не осталось воздуха, и сознание покинуло Стаса.

***

– Я не знаю, как это произошло!

– Он выживет?

– Конечно. Вы хоть раз видели, чтобы я кого-нибудь потерял? Как вам такое могло прийти в голову? Все в порядке, он просто вырубился от шока.

– Я думал, эта процедура безопасна.

– Для детей, Шат. А здесь… Нет, все равно не знаю. Какая-то напасть.

Стас открыл глаза.

Боль исчезла. Полностью. Дышалось свободно и легко.

И это было истинным наслаждением.

Он полулежал в кресле. На расстоянии вытянутой руки перед ним Аурмис разговаривал с Маримером. Увлекшись диалогом, оба не замечали, что пациент пришел в себя.

Кстати, о руках.

Стас осторожно пошевелил пальцами. Слушаются!

Он поднял руку к шее. Ощупал затылок. С недоверием уставился на пальцы.

Ни кровинки. И ощущение такое, как всегда. Как будто никакой операции не было.

Может, ему пригрезилось от переутомления? Тогда о чем толкуют эти двое?

Они заметили его движение. Повернулись, словно по команде.

– Я очень сожалению, что причинил вам неудобства, – сказал Маример, запуская пятерню в волосы. Шевелюра больше не выглядела аккуратной: теперь светло-рыжие клочья беспорядочно торчали во все стороны. Видимо, в течение нескольких последних минут специалист не раз повторял свой жест, а ладони у него были потные. – Произошел сбой, но все удалось исправить.

Неудобства? Если то, что Стас испытывал, эти люди называют неудобствами, то какими же по их мнению бывают страдания?

– Эта штука – внутри? – спросил землянин. Его голос был хриплым и низким, как после сильного перепоя.

Ответил Аурмис:

– Да. Вживление завершено. Я могу вас поздравить: вы успешно включились в сеть.

– Я не…

– Это происходит автоматически. Так работают все стандартные модели, и ваша не исключение.

“То есть, он вроде как сообщает, что мне вживили стандартную модель, – подумал Стас. – Подслушал-таки наш разговор с Микой”.

На всякий случай он все же уточнил:

– Значит, у меня – самый обычный элик?

Пусть ответит прямо, без двусмысленностей.

Но Аурмис и глазом не моргнул:

– Разумеется. Вы не сможете пользоваться его функциями, однако создавать упрощенную версию – согласитесь – вряд ли имело смысл. Да и не успели бы мы за полдня.

Да уж. Гладко стелит.

Стас выбрался из кресла. Очутившись на ногах, слегка покачнулся: наверное, давали о себе знать последствия обморока. Шустрый Маример подхватил землянина под локоть.

– Осторожней, пожалуйста. Как вы себя чувствуете?

– Спасибо, хорошо, – буркнул Стас. – Страшно доволен тем, что вернулся из ада.

На лице специалиста проступило сочувствие:

– Сожалею. Я никогда не сталкивался с таким явлением. Все шло, как положено, а потом вдруг фибриллы спятили. Наверное, ваш мозг отдал команду, которую мои приборы не смогли перехватить.

Землянин с сомнением покачал головой.

– Команда не обязательно была осознанной, – сказал Маример. – Вы…

– Прошу прощения, – вклинился Аурмис. – Думаю, мы со Станиславом все равно не поймем тонкостей того, что произошло. Скажите нам лучше, не повторится ли что-нибудь подобное в будущем?

Стас искоса взглянул на представителя госбезопасности. Тот как будто угадал его мысли. Совпадение?

Или, может, элик…

“…читает у меня в голове, – Стас хмыкнул. – Да только зачем лезть в голову – на лице ведь все написано!”

– Ни в коем случае, – Маример взмахнул руками, затем пригладил волосы. Копна превратилась в рыжий домик. – Сбой был обусловлен самим процессом настройки. А теперь элик зафиксирован и работает в том же режиме, что у любого из нас. Так что можете быть совершенно спокойны.

Он верил в свои слова, и землянин поневоле ощутил некоторое облегчение. Но если приступ повторится…

“Тогда я умру от асфиксии, – мрачно подумал Стас. – Черт, как надоели эти “если”!”

Распрощавшись с Маримером, который все еще пытался объяснять подробности вживления (едва он посыпал специальными терминами, Стас перестал что-либо понимать), Аурмис и землянин вернулись в кабинет. Оказалось, Мика все еще здесь.

Ну конечно, Стас же потребовал еще одной встречи. Только он не подозревал, что все произойдет так быстро. В его представлении операция и восстановительный период должны были занять как минимум несколько дней.

Впрочем, если бы ему дали хоть немного времени, чтобы хорошенько все обдумать, Стас, наверное, отказался бы от вживления. Он бы предпочел отступить, уйти ни с чем, искать обходные пути. Аурмис обещал, что в таком случае госбезопасность оставила бы его в покое.

Кто их знает?.. Может, и оставила бы.

Только поиски альтернативных путей заняли бы не один год. И вряд ли эти пути могли быть проще, чем тот, который ему предложили.

– Привет! – девушка поднялась навстречу вошедшему (впустив Стаса, Аурмис остался в коридоре). – С тобой все в порядке?

– Кажется, да, – землянин изобразил бодрую улыбку. – Они меня пытали, но я им ничего не сказал.

Бровь Мики изогнулась.

– Ерунда. При вживлении что-то произошло, и я потерял сознание. Вроде бы от шока. А в общем ничего.

Девушка несколько секунд молчала.

– Я о таком не слышала, – произнесла она. – Шок во время вживления?

– Не напрягай сеть, – улыбнулся Стас. – О таком не слышал даже тот специалист, что делал мне операцию. А он, если верить Аурмису, один из лучших на всей планете. Просто, как я понял, элик вживляют только детям. У взрослых, наверное, свои особенности.

“Особенности или нет, но Маример смог меня полностью обездвижить, – добавил землянин про себя. – А потом, словно нарочно, показал, что его устройство способно причинять боль. Уже этих двух функций хватит, чтобы заставить человека подчиняться… когда придет нужный момент. Аурмис, конечно, уверял, будто изготовить нестандартную модель у них просто не было времени, но это сказки белого бычка. Разве парень со звездолета не мог доложить обо мне еще в космосе? Например, за месяц до прибытия? Их коммуникаторы вполне на это способны”.

Еще он подумал о том, что все-таки зря вовлек в дело Мику. Да, она удостоверится, что землянин ведет себя нормально. Но это сейчас. А через неделю?

И тут девушка выдала:

– Я полечу с тобой на Ленери.

Сперва эти слова даже не сложились для Стаса во что-то осмысленное. Землянин автоматически переспросил:

– Что ты сказала?

– Тебя отправляют на Ленери, так? – уточнила она с риторической интонацией. – А я полечу с тобой.

Стас шумно выдохнул.

– Это невозможно, – произнес он тоном, не допускающим возражений. – Во-первых, ты не вправе принимать такие решения. А во-вторых, вся затея попросту опасна.

– Почему я не вправе принимать такие решения? – мгновенно возмутилась Мика.

– Ну ты же сама вскользь упомянула о своем несовершеннолетии, – усмехнулся землянин. – Я заметил. Еще два года.

Она вспыхнула.

– Я оговорилась.

– Не верю. Сейчас ты покраснела раньше, чем соврала. Подумай: у тебя есть родители. Если бы они знали, во что я уже втянул их юную дочь, то прокляли бы меня на веки вечные. Не заставляй меня страдать под тяжестью еще больших грехов.

Он помолчал. Мика тоже ничего не говорила. Возможно, размышляла над его словами. Или готовила ответные доводы.

– Ну зачем тебе это? – поинтересовался Стас нарочито усталым голосом.

– А тебе зачем?

Землянин выдержал взгляд, и лишь когда девушка отвела глаза, сказал:

– Хорошо, попытаюсь объяснить. Однажды я сделал шаг – и потерял почти все. Свою планету, друзей, родителей. Я провел год в одиночестве, среди четырех стен маленькой каюты. Знаешь, как долго тянется время, когда ты совсем один?

Мика слушала.

– Теперь я хочу просто узнать, стоил ли мой шаг всех тех жертв.

В его объяснении звучал неожиданный для самого землянина пафос. Но девушка умудрилась всего одной фразой разрушить возвышенный настрой:

– Ты хочешь узнать, получится ли у вас что-нибудь с этой Аней?

Стас раздраженно хмыкнул.

– Ну, мне это тоже интересно, – призналась Мика. – А еще я никогда не бывала на других планетах.

От ее легкомыслия землянин едва не застонал. Он сдержался только в самый последний миг.

– Пойми, я отправляюсь не на прогулку. Сюда замешана разведка и контрразведка. Речь идет о возможном конфликте между двумя государствами.

Девушка молчала, но всем своим видом изображала упрямство. В конце концов Стас пожал плечами:

– Да и все равно я не уполномочен решать такие вопросы. Я имею в виду, тебя попросту не пустят. Те люди, которые все организовывают.

– Твое слово для них тоже важно, – не сдавалась Мика. – Ты же заставил их привезти меня сюда.

Она произнесла это обычным тоном, без упрека или давления, однако Стас почувствовал себя так, словно на его плечи взвалили мешок с цементом.

Да, он использовал эту девчонку. Но ведь сейчас он отказывает не потому, что она ему больше не нужна. То есть, конечно, последнее тоже верно: для поисков Ани спутница ему необходима, как велосипеду плуг. Да только не так все просто.

Отправившись с ним, Мика навсегда запутается в делах спецслужб. И что дальше? Она слишком юна, у нее еще вся жизнь впереди.

– Если ты им скажешь… – говорила между тем девушка.

– А если нет? – перебил ее Стас, придав голосу стальную твердость. Затем не выдержал и чуть мягче добавил: – Ты хоть представляешь, чем это может обернуться? Я совершил ошибку, когда втянул тебя в мои дела. Я вообще прилетел на неправильную планету, приземлился в неправильном городе, влез в неправильное окно. Все происходит не так. А ты просишь меня усугубить ошибку… все мои ошибки. Пожалуйста, не надо.

Она смотрела на него, но в этот раз землянин почему-то не нашел в себе сил встретить ее взгляд. Тишина висела больше минуты. А потом Стас направился к двери и позвал Аурмиса.

– Поговорили? – спросил тот с энтузиазмом, как будто в своих прогулках по коридору успел измучиться от безделья.

Небось, подслушивал?

– Поговорили, – кивнул Стас. – Спасибо. Если вас не затруднит, отвезите Мику домой.

Девушка молчала и сверлила его взглядом все то время, пока Аурмис вызывал машину и открывал дверь на балкон. Затем хозяин кабинета с деликатной осторожностью тронул ее за локоть:

– Прошу.

Лишь тогда Мика отвернулась и зашагала прочь. А у землянина остался странный, неприятный осадок на душе.

Что он опять сделал неправильно?

***

Аурмис часто производил впечатление человека делового, но неторопливого. Тем не менее, события под его руководством развивались с поразительной быстротой. Стас не раз ловил себя на том, что задумывается: а как бы действовали на месте этих людей их коллеги с Земли? Смогли бы они настолько хорошо координировать свои поступки?

Наверное, элик все-таки предоставлял некоторые преимущества. Там, где земляне стали бы звонить по телефонам и подписывать какие-то бумажки, местные служащие продолжали вести беседу или заниматься своим делом. А проблемы решались на каком-то другом, невидимом Стасу уровне.

И землянин поневоле ощущал себя пещерным человеком, случайно попавшим в оазис технологической цивилизации.

Только пять суток ушло на то, чтобы подготовить его к путешествию. Пять коротких местных суток, каждые из которых по продолжительности уступали земным на несколько часов (Стас затруднялся определить точную разницу, потому что не имел возможности соотнести земные и здешние меры: ему казалось, что под секундой на Сурасе понимают не совсем такой же отрезок времени). Правда, землянину почти не давали спать… но это уже другой вопрос.

Когда эти пять суток истекли, Стас почувствовал себя переполненным. Информация в него больше не лезла.

Одна деталь предстоящей миссии вызвала у него одновременно восторг и острый приступ неуверенности. Дело в том, что, согласно разработанному плану, он сам должен был пилотировать звездолет.

Узнав это, землянин долго пытался выяснить, почему нельзя купить билет на обычный пассажирский рейс. В конечном счете, разве ему не следует привлекать к себе по возможности меньше внимания?

Работавшие с ним специалисты отнекивались и отмалчивались. Аурмис же при очередной встрече просто усмехнулся:

– Вот как раз ради того, чтобы привлекать к вам как можно меньше внимания. Не беспокойтесь, со всеми подробностями легенды вы ознакомитесь на борту. Там у вас будет достаточно времени, а здесь – увы!

“Легенды”!

“Интересно, я когда-нибудь мечтал стать шпионом? – подумал Стас. – По-моему, нет. Ну, может, когда был совсем маленьким, но это ведь не считается. А жаль. Можно было бы получить столько удовольствия!”

И вот решающий день наступил.

Стаса привезли на космодром. Вообще-то поле, сплошь заставленное катерами, больше напоминало парковку (сами звездолеты всегда оставались в космосе: конструкция не позволяла им садиться на планету), однако землянин окрестил его именно так. По привычке, наверное.

– Вот мы и расстаемся, – со вздохом произнес Аурмис. Ну прямо-таки отец, провожающий в неизвестность родного сына!

Стас едва удержался от ухмылки.

А представитель госбезопасности, словно не замечая иронии в глазах собеседника, продолжал в том же духе:

– Долгие прощания ни к чему. Все, что нужно, уже сказано. От себя добавлю только одно: будьте осторожны.

“Ну да, я сейчас начну плакать, – хмыкнул Стас. – Зубр контрразведки дает мне отцовские наставления”.

Но что-то в этих словах его все-таки тронуло, поэтому вслух землянин произнес:

– Постараюсь. Уверен, что не заставлю вас краснеть.

Потом, уже погрузившись на борт и закрыв люк, Стас буркнул:

– Тьфу. Что это на меня нашло? “Не заставлю краснеть…” Его заставишь краснеть, как же! Наверняка рассказал мне только часть правды. Не бывает так, чтобы человека с улицы переодели секретным агентом и отправили в логово врага. Разве что, если кого-нибудь или что-нибудь ловят на живца…

Его пальцы бегали по клавишам. Включился внешний обзор, катер начал подниматься. Машины службы безопасности, не дожидаясь полного отбытия, шмыгнули прочь. Внизу осталось только зеленое поле с разноцветными точками катеров.

– До свидания, Сурас, – сказал землянин торжественно, откинувшись на спинку кресла. – Как ты думаешь, увидимся ли мы снова? Или мою дурную голову все-таки пробьет шальной кирпич?.. Может быть, меня даже наградят… посмертно.

Планета не отвечала. Она лишь выгибалась блюдцем, укутанным сизоватой дымкой, а потом как-то враз сделалась выпуклой. Наверху проступили звезды.

– Здравствуй, галактика, – произнес Стас тем же тоном. – Мне опять не сидится на месте. Гостеприимные жители Сураса вытолкали меня в шею, замаскировав под секретного агента. Чтобы никто не догадался. Ну что ж, будем надеяться, что на Ленери мне повезет больше.

Он вдруг посерьезнел и заговорил тише:

– Пусть мне повезет. Не знаю, что затеял Аурмис со товарищи, но если их цели благородны, я готов помочь. А если нет… Пусть каждый упадет в ту яму, которую рыл для другого. Так будет справедливо. И еще. Я знаю, что для нашей с Аней встречи необходимо чудо. Так пусть оно произойдет. Звезды, вы слышите меня? Пусть случится что-то хорошее и невероятное…

– А можно, я уже сяду рядом? – раздался голос сзади.

Наверное, Стаса уберегла особая форма кресла, которая не позволяла упасть никуда, кроме как на потолок. Он повернул голову столь резко, что хрустнули позвонки.

– Мика?! Ты что здесь делаешь?

– Лечу с тобой, – ответила девчонка и, не дожидаясь приглашения, уселась в соседнее кресло. – А что ты бормотал?

С некоторым облегчением землянин осознал, что весь монолог вел на русском. Если бы только Мика поняла эту чушь…

– Не имеет значения, – сказал он, пытаясь совладать с растерянностью и придать себе строгий вид. – Поясни лучше, как ты здесь очутилась.

– Очень просто. Спряталась в инвентарном ящике.

Стас застонал:

– Зачем? Мне же придется возвращаться.

– Не надо, – безмятежно сказала девушка, рассматривая ногти. – Это плохая примета. И еще…

– Что “еще”?

– Ну, нам нужно сперва побывать на корабле. Тогда ты поймешь.

Землянин смотрел на свою знакомую с удивительной смесью негодования и восхищения. Она держалась настолько самоуверенно, что Стас не смог заставить себя идти в атаку. Лишь спросил устало:

– Что я пойму?

Девушка мотнула головой так, чтобы волосы упали за спинку кресла, и посмотрела на спутника:

– Без меня твоя легенда провалится.

Стас сглотнул.

– Я придушу Аурмиса, – произнес он, и ладони сами сжались в кулаки. – Зачем он это сделал? Ты же…

– Я его убедила, – с улыбкой сказала Мика.